Приветствую! Это блог о моих любимых куклах. Все они воплощают персонажей моей истории. Я играю в куклы через шитье и фотографирование. Надеюсь, вам здесь понравится ))))
Предупреждайте меня пожалуйста о перепостах и оставляйте активную ссылку на страницу!
Ваша крошка Саломея


14 июня 2011 г.

Воин и принцесса (глава 1)

То, что написано ниже плод моего воображения, все совпадения имен, мест и вообще чего бы то ни было, случайны. Мои фантазии не претендуют на художественную ценность, но мне будет интересно узнать мнение того кто прочтет, посему буду рада любым комментариям. Да, я очень люблю диалоги и монологи, спасибо за внимание.
Изменено на правленый вариант 28.09.12


Глава 1. В темноте.
 
Карен очнулась, лежа в полной темноте на холодном металлическом полу. Она попробовала сесть, однако голова закружилась, а перед глазами затанцевали цветные круги.
— Ничего не видно. Черт, где это я? — пробормотала она, возвращаясь в горизонтальное положение.
— Не знаю, но очень похоже на карцер…
— Хм, судя по голосу, капитан Марк Костолиц? Откуда этот вывод?
— Вы не ошиблись, — ответил он на первую часть ее вопроса, затем добавил: — Я пробовал исследовать помещение — по размеру оно как раз соответствует карцеру или небольшому складу на корабле, кроме того, вибрация стен и пола подтверждает это.
Карен на некоторое время замерла, проверяя слова капитана.
— Да, действительно слабая вибрация имеет место быть, скорее всего, вы правы. Кстати, что вы здесь делаете?
— Коммодор Рэджи? То же, что и вы: жду, когда нас отсюда вытащат…
— Мне кажется, лучше поискать, как отсюда выбраться самим, — возразила она, снова делая попытку сесть, на этот раз удачную.
— Я обыскал помещение, насколько это возможно в темноте, однако оно абсолютно пустое. Ничего, что помогло бы выбраться отсюда, я не нашел, — вздохнул капитан.
— Я что-то не припомню, как сюда попала, вроде все было нормально…
— Нормально, говорите? — удивленно проговорил капитан.
— А что может быть ненормального при переговорах? — Карен попыталась встать, однако тупая боль в правом боку заставила ее передумать и вернуться в исходное положение.
— Ну, если коротко, то перестрелка, плен, темнота. И если для переговоров это нормально, то я чего-то в этой жизни не понимаю. — Он прислушался к шороху ее движений. — Может, вам помочь?
— Нет, — коротко отказалась она от его предложения, затем продолжила: — Интересно… Впрочем, в отношении меня подобное развитие событий вполне вероятно, однако не ясно, при чем здесь вы, капитан, и где Рой?
— На момент переговоров и пленения лейтенанта Кларк рядом с вами не было.
— Странно, я не помню, чтобы отсылала ее куда-то, — задумчиво проговорила Карен.
— Коммодор, что еще, кроме этого, вы не помните? — тревожно поинтересовался капитан.
Девушка некоторое время молчала, затем неуверенно высказалась:
— Возможно, я ударилась головой, и потому плохо запомнила происходящее. Расскажите, как все было, с самого начала.
— На собрании вы объявили, что предстоят переговоры на нейтральной территории, которой является наш флагман «Метель», но не сказали, как обычно это делаете, с кем и с какой целью, — просто констатировали факт. Еще добавили, чтобы мы были готовы к неожиданностям. И это был последний раз, когда я видел Кларк рядом с вами. Через несколько часов прибыла делегация, начался диалог между сторонами. Где-то на шестой или седьмой минуте в зал ворвались люди, вооруженные, к счастью, только парализаторами. У нас, по понятным причинам, никакого оружия не было. Дальше я очнулся уже здесь.
— Значит, мы, возможно, на «Метели», — задумалась Карен вслух, — а как вы, капитан, попали на переговоры?
Костолиц грустно усмехнулся:
— Вы приказали сопровождать вас, хотя, с моей точки зрения, объективных причин для моего присутствия не было.
— Ничего не понимаю, — пробормотала она. — А с кем мы пытались договориться?
— С зедианцами.
— Теперь становится яснее… А предмет переговоров?
— Не знаю, нас прервали на стадии обмена любезностями, и до предмета дело не дошло.
— Ладно, оставим это. Как вы думаете, давно мы здесь?
— Не могу сказать, я пришел в себя незадолго до вас. Что будем делать, коммодор?
— Во-первых, ни к чему эти расшаркивания, давай без формальностей и на «ты», потому я — Карен, ты — Марк. А во-вторых, — ждать. Рано или поздно что-то изменится: нас вытащат или похитители дадут о себе знать...
— Раз все равно ждать, можно спросить? — осторожно поинтересовался капитан.
— Можно.
— Давно у вас… у тебя проблемы с памятью?
— Ну и вопрос! С чего ты это взял?
— Ты ведешь себя так, будто провалы в воспоминаниях для тебя не неожиданность, а обычное дело, потому и решился спросить. Конечно, ты можешь не отвечать.
— Ну почему же, — возразила Карен после некоторого раздумья, — отвечу, но давай тогда откровенность за откровенность. Ты мне вопрос, я — тебе. Так и ожидание легче переносить, и надо же мне все-таки своих капитанов получше узнать. Да и чем сейчас хуже, чем потом? Так что легких вопросов не жди!
— Я это учту, а вы… ты, в свою очередь, обещаешь быть честной?
— Да, но то, что я скажу, не должно выйти за пределы этого помещения!
— Я согласен, все останется между нами. Я начну: что ты помнишь из своего детства?
— Ты же про память хотел спросить? — удивилась вопросу девушка.
— Я и спросил.
Карен пожала плечами.
— Ну, это легкий вопрос. Своего детства я не помню вообще, мои воспоминания начинаются где-то с двенадцати лет и они очень фрагментарны, перемешаны, непоследовательны и сумбурны. Я помню родителей, они проводили со мной много времени, помню учителей и домашние задания, тренировки по самообороне, спарринги, а еще кучу каких-то заумных тестов и упражнений на самоконтроль и управление своими эмоциями и состояниями. Достаточно? — поинтересовалась она.
— Да, — коротко согласился он.
— Теперь моя очередь. Как ты попал в наемный флот Джаспера?
— Так же, как и любой другой человек: просто нанялся, когда возраст позволил. Теперь я спрашиваю…
— Нет, так не честно! — возмутилась Карен. — Рассказывай с самого начала!
— Сначала я родился, — раздался смешок в темноте...
— Марк, ты обещал быть честным!
— Ну, я пока еще ни разу не соврал, но ладно. Я родился на станции Лотос, отца я не знаю, да и не хотел бы знать. Мама говорила, что это был проезжий станционник, работавший у нас по контракту. Его работа закончилась, и он уехал. Так это или не так, уже не важно. Когда мне было семнадцать, мама погибла и я остался почти один. На месте меня, в общем-то, ничто не держало, а в доках стоял флот наемников Джаспера. Я просто пошел и нанялся в обслуживающий персонал. Теперь ты скажи, почему твой флот называется «Красные волки»?
Карен фыркнула.
— А что, тебе не нравится? Агрессивно, устрашающе и врезается в память.
— Нравится, но почему волки и почему красные?
— Волки — это животные, которые обитают на Тароне в природных заповедниках. Очень сильные и интересные существа, живут стаей и заботятся о ней, как и я о своем флоте. Красный — как символ силы, агрессии, ну и пафоса заодно. А если честно, когда я регистрировала свой тогда еще совсем маленький флот, мне не хотелось называть его своей фамилией, как делали все, а « Красные волки» — это просто первое, что пришло мне в голову. Я думала, что потом сменю название на более адекватное и менее агрессивное, но получилось, что оно привязалось, и я оставила как есть.
Марк рассмеялся.
— Оказывается, ты родоначальница нового поветрия в названиях! Теперь я понял, откуда взялись хейдаганские «Белые совы», амалькарские «Синие пауки», зедианские «Черные вороны» и еще куча разноцветных существ более мелкого пошиба, рассекающих сектора в поисках контрактов.
Девушка усмехнулась.
— Вполне возможно. Ты сказал, что остался почти один, значит, у тебя есть какие-то родственники?
Он долго молчал.
— Можно и так сказать. На станции живут мои очень близкие друзья; понадобились деньги, а я был единственным, кому возраст позволял их заработать.
— Ты поддерживаешь с ними связь сейчас?
— Да, в составе твоего флота это стало гораздо проще, поскольку условия контракта четко выполняются, а у Джаспера это была лотерея. Теперь ты — расскажи, как ты стала коммодором?
— Это долгая история…
— Так ведь мы никуда не торопимся, — возразил Марк.
Карен, подавив вздох, стала рассказывать:
— Альянс — союз свободных планет и государств, куда входит Таронская империя, а мой отец — премьер министр и советник императора. Он сторонник очень либеральных методов, благодаря чему политическая обстановка в секторе Даолис более-менее стабилизировалась, но нашлось много противников, не согласных с его мирной стратегией договоренностей и готовых на весьма радикальные меры. Соответственно, меня с самого начала пытались учить и воспитывать так, чтобы я в случае… Ну, если, в общем, останусь одна, могла продолжить… заменить его… Но вся эта политика мне была неинтересна, я увлеклась военной историей, а потом и самим военным делом и поступила в военную академию.
— На Тароне женщинам можно служить в армии?
— Да, это не запрещено, но особенно не приветствуется. В основном женщины служат, начиная с рядовых. В академию обычно есть желающие, но поступают не все. Как правило, две-три женщины на курсе бывает. Мне повезло или не повезло, как сказать: я была единственной представительницей своего пола в том году и почти всегда была одна… Парни не хотели со мной общаться, потому что я отлично училась, быстрее соображала и нестандартно мыслила, а это больно ударяло по их самолюбию. А с другими женщинами я не общалась, потому что мне были не интересны разговоры о нарядах, балах и о том, кто с кем спит. Когда я закончила академию, па подарил мне маленький крейсер и предложил попробовать себя в качестве командира службы охраны по найму. Я решила: «Почему бы и нет». Сама подбирала команду, нанимала солдат и обслуживающий персонал. За год я заработала еще на один крейсер, а еще через 2 смогла позволить себе приобрести подержанный флагман. Мои контракты вышли за рамки империи Тарон, и я зарегистрировалась как наемный флот. Его размеры тогда оставляли желать лучшего, однако для заданий в пределах альянса было самое то. Еще где-то через год ко мне перешли все командиры Джаспера со своими кораблями, а контракты покинули границы альянса. Хотя, как ты понимаешь, я в большинстве случаев действую в рамках политических интересов моих родителей. Временами приходится выполнять задания, выходящие за границы возможностей простого наемного флота, но зато очень хорошо оплачивающиеся. Иными словами, шпионаж, разведка, диверсии в пользу альянса под прикрытием наемников… Вот во что ты вляпался, Марк… Скажи, как ты из обслуживающего персонала попал в капитаны-владельцы, когда был у Джаспера?
Марк помолчал немного, потом ответил:
— «Индиго» оставил мне по завещанию предыдущий капитан-владелец.
— С чего такая щедрость? — очень удивилась Карен.
— Капитан Ард был мне как отец. — Он замолчал, но Карен не спешила прерывать паузу и терпеливо ждала; Марк продолжил: — Всему, что я знаю, научил меня он. Я часами сидел за тактическим компьютером и решал задачки, которые ты у себя в Академии на втором курсе щелкала как орешки, читал и учился. Ард увлекался военной историей и философией, он научил меня понимать разницу между стратегией и тактикой и все время говорил, что самая лучшая победа — та, которая добыта без единого выстрела. И даже если у меня 300 планов сражения, оно все равно пойдет по 301 сценарию… Тогда я этого не понимал, в душе посмеивался… Но однажды так и случилось: операция пошла совсем не так, как было запланировано, Ард был тяжело ранен, крио-камеры на «Индиго» были все заняты, а на флагмане подготовленной не оказалось… Ард умер.
— Ох, извини, Марк, — сочувственно проговорила Карен.
— Все в порядке, это было давно, — спокойно ответил он.
— Но тогда я все равно не понимаю, как ты, нанимаясь на флагман, попал на «Индиго» — это же боевой крейсер?
— Это долгая история, — ушел он от ответа.
Карен настаивала:
— Насколько я в курсе, ты ведь сначала на складе работал как гражданский персонал, как же ты попал в рядовые?
— Откуда ты все это знаешь? — удивился он.
— Я не пренебрегаю изучением личных дел своих людей, — раздался смешок в темноте, — однако там слишком мало информации.
Марк вздохнул.
— Да, первые полгода я работал на складе флагмана — надо сказать, что там все было настолько по-идиотски организовано, что можно было спрятать крейсер, и никто бы не заметил. В документах творился такой же бардак, а завскладом Крог был любителем хейдаганской амброзии. Сначала я не вмешивался в происходящее и только выполнял указания, но в один прекрасный день меня позвал сам Джаспер. Выяснилось, что со склада пропало оборудование, которое я не принимал, но в документах стояла моя подпись. С меня требовали вернуть пропажу либо выплатить ее стоимость. В конечном итоге со мной заключили трудовой контракт, в котором я обязан был работать бесплатно, пока не выплачу все до последней марки, а это не меньше десяти лет… Мне некуда было деваться, однако я попросил, чтобы меня оставили на складе. Джаспер разрешил. Надо сказать, что к тому моменту, я понял, что бардак в его флоте присутствовал везде, а мое рабочее место — лишь частица этого хаоса. Я все время искал способ избавиться от своего невыгодного положения. Не буду говорить, чего мне это стоило, но я слегка помог Крогу подойти ближе к краю с помощью все той же хейдаганской амброзии, и в итоге контракт с ним разорвали, а меня назначили на его место. Еще шесть месяцев мне понадобилось, чтобы навести порядок в бумагах и на складах. Я нашел то самое пропавшее оборудование и еще чуть больше полумиллиона марок в виде разного добра — потерянного, неучтенного, необоснованно списанного, — о чем и доложил Джасперу. Тот очень обрадовался и захотел перезаключить контракт на более выгодных для меня условиях, но я отказался. Тогда он сказал, что может оставить меня в качестве рядового, и я крепко задумался — это было очень хорошее предложение. Другие деньги, другие возможности и перспективы. Я согласился.
— Ну а на «Индиго» ты как попал? — продолжала допытываться Карен.
— Однажды мы выполняли контракт: сопровождали груз, наши крейсеры были взяты на абордаж, потому что кто-то слил информацию о кодах шлюзов. Командир был убит в первые же пять минут боя, солдаты растерялись, но поскольку мне умирать не хотелось, я взял инициативу на себя, и мы отбили атаку. Джаспер официально присвоил звание командира этого отделения мне и перевел на «Индиго»… Так, теперь моя очередь спрашивать. Скажи, почему тебя всюду сопровождает Рой Кларк? Ты боишься покушения на свою жизнь?
Карен хмыкнула:
- Нет, дело не в этом. Видишь ли, я аристократка и по статусу мне положен оруженосец, коим и является лейтенант Кларк.
- Оруженосец? – явно озадаченно произнес Марк, - это что-то вроде помощника?
- Да, что-то вроде, - согласилась девушка, - но на самом деле это гораздо более емкое понятие. А почему тебя заинтересовала Кларк?
- Ну… - Марк покраснел, Карен этого не видела, но слышала смущение в его голосе, - просто разное про нее говорят…
- Вот уж не думала, что ты собираешь сплетни, - сердито заметила девушка.
- Я не собираю, но иногда не слышать просто невозможно… - возразил капитан.
Карен глубоко вздохнула, - да, я знаю, что говорят, даже знаю почему. Рой очень ревностно относится к своим обязанностям и иногда перегибает… Ну хорошо, не иногда, часто… Я пыталась с ней поговорить на эту тему, но это… сложно. Потому пусть сплетничают, мне все равно.
Повисла пауза. Марк не выдержал  и заговорил, меняя тему:
- Карен, и все-таки, что с твоей памятью?
— Ну что ты к моей памяти привязался! Разве больше не о чем меня спросить? — рассердилась она.
Капитан несколько растерялся от такой агрессивной реакции на свой вопрос.
— Коммодор, прошу прощения за свою бестактность; конечно, вы можете не отвечать.
— Извини, Марк, за мою, может быть, излишнюю эмоциональность; просто эта тема для меня довольно болезненная…
— Я не настаиваю на ответе, — пожал он плечами.
Карен некоторое время молчала.
— Ты оказался довольно проницательным, и я все-таки отвечу, потому что, наверное, это нужно и мне самой.
Марк молчал, боясь спугнуть приступ откровенности девушки.
Собравшись с мыслями, она продолжила:
— Провалы в памяти были столько, сколько я себя помню. Все время разные по продолжительности. Правда, последние 5-6 лет они стали как-то более закономерны, несколько прогнозируемы и их длительность, за некоторым исключением, стала не больше 1-2 дней. Пару лет назад я пробовала втайне от родителей пройти обследование на Зеде и понять, что со мной происходит, но за весь период нахождения в клинике, как назло, ни одного провала так и не произошло. Я ничего не узнала и просто решила смириться с этим фактом. Тем более окружающие ничего не замечали и негативных последствий, кроме сложившегося мнения обо мне, как о ненормальной, не было.
Речь Карен становилась тише, с долгими паузами.
— И я решила, что такая репутация моей работе только на пользу: все интересные и хорошо оплачиваемые контракты — мои. Вот примерно так… Родители в разговоре со мной всегда обходят эту тему… и говорят, что все так, как должно быть… и всему свое время. Правда, мне сложно понять, что они имеют в виду, потому что другой информации они не дают. А догадываться я уже устала. Теперь мой вопрос… Марк, а как ты…
Слишком долго она ничего не говорила, и он забеспокоился:
— Карен, что случилось, не молчи! — Марк направился туда, откуда слышал ее голос. — Боже, ты же дрожишь вся! А это что? — Его руки наткнулись на влажную липкую ткань.
— Не знаю… царапина…
— Ты почему сразу не сказала, что ранена? А я то, дурак, не понял, почему паузы все длиннее, а голос все тише! Из твоей царапины уже литр крови вытек, дай я тебя перевяжу…
— Оставь, это ерунда. — Она попыталась оттолкнуть его. — Не болит совсем…
— Нет уж, если с тобой что-нибудь случится, сначала мне Кларк голову оторвет, а потом твои родители, так что убери руки и не мешай мне!
— Ладно, — сдалась она, — а то и мне от Рой достанется… Сколько мы тут сидим уже?
— В темноте сложно чувствовать время, но я думаю, не больше пары часов, — ответил он, накладывая повязку на ощупь.
— Всего-то? Я думала, пару суток… Пить хочется… и холодно…
— Ты крови много потеряла, потому тебе холодно и пить хочется… Давай, я тебя обниму. Не подумай чего, просто станет теплее…
Карен не ответила.

(продолжение следует)

Понравилась статья? Поделитесь ей с друзьями!



7 комментариев:

  1. Ну, ты фантазерка! Диссертацию в сторону и книжки писать? Как говорил Горбачев - главное начить! Пока ничего не скажу, критиком не была, хвалить не буду. Подождем- сс продолжение...

    ОтветитьУдалить
  2. Не, это я на работе, там диссер не получается ваять, пациенты отвлекают, а вот истории пишутся хорошо.

    ОтветитьУдалить
  3. Не обижаемся. В общем если кратко и по существу. Грамматика - это не моё, а вот редактирование текста.... И так. Я так понимаю действие происходит в полной темноте (правда не написано в какой. В полной? Или она очухалась и глаза восстанавливались, а потом светло? Тогда почему нет внешности. Значит полная темнота.). Но. Главная героиня морщится и вскакивает. Не хватает звуков (где то пошевелился, шорох, голос рядом) и движений (нашаривала рукой в темноте, дотронулась до холодной железной стены). и если человек попадет в темноту он автоматически собран и готовится к нападению (не видно же кругом ни черта!) и молчит, а потом потянется к тому с кем знаком хотя бы сядет рядом. Катастрофически мало движения и персонализации. Совершенно нет никакого описания помещения. Где я нахожусь вместе с героями? В пустоте? Ладно хоть вскользь упомянули что карцер и воображение достроило, но скудно! Заскучала уже на середине истории Марка. Теперь я знаю сюжет наперед, ведь я узнала про них все прошлое, а это считай уже пол жизни.

    П,С, Опять же извиняюсь. Но думаю мне было бы приятно если бы меня направили и поправили.

    ОтветитьУдалить
  4. Прошу прощения опять же. Никому не писала таких длинных комментов. Если Вы поправите и захотите узнать моё мнение - напишите мне. Может это конечно самонадеянно с моей стороны. Удачи Вам в написании.

    ОтветитьУдалить
  5. Спасибо большое, за развернутый комментарий! Это очень приятно, и все ваши замечания по-существу, я с ними согласна )))

    ОтветитьУдалить
  6. я прочла первую главу )))
    завязка мне нравится - прям такой серьезный вариант космооперы, и начинается да очень драматическом моменте!
    но, конечно, то, что герои пересказывают друг другу свою жизнь сухим языком, как при приеме а работу - сильно сбивает настрой ((( т.е. я вполне понимаю, что двое запертых в темноте людей будут стараться заполнить пустоту каким угодно разговором - но тут, как бы сказать, немножко недостоверно выглядит... Вот концовка, где Марк понимает, что Карен ранена - очень эмоциональная и сразу возвращает в ситуацию, заставляет переживать.
    Буду читать дальше )))

    Эми

    ОтветитьУдалить
  7. Да, мне уже сделали такое же замечание по первой главе про недостоверное интервью и даже не один раз )))
    Я изменила, но еще не вычитала до удобочтимого состояния )))
    Спасибо, что читаете )))

    ОтветитьУдалить

 
Copyright 2012 Handmade for dolls.