Приветствую! Это блог о моих любимых куклах. Все они воплощают персонажей моей истории. Я играю в куклы через шитье и фотографирование. Надеюсь, вам здесь понравится ))))
Предупреждайте меня пожалуйста о перепостах и оставляйте активную ссылку на страницу!
Ваша крошка Саломея


26 июня 2013 г.

Ищущие дом (глава 7)

    Пока что это последняя глава, я на некоторое время прервусь - есть дела поважнее творчества и писанины. У меня почти все дописано, но в черновиках, надо приводить в порядок, как только разберусь с важными делами, снова вернусь к своей истории.

 Глава 7

«Индиго» прибыл на станцию Верба в середине ночи по корабельному времени. На самих же станциях таких понятий как «день-ночь» не существовало, работа велась круглосуточно. Жители и гости сами регулировали режим активность, в соответствии с занятостью и собственными предпочтениями.
Марк решил, не откладывая, выяснить про корабли, проходившие через координаты, где пропала Айн. На выходе столкнулся с Ветром. Тот попросил:
– Не беспокой Эли пока.
Марк кивнул, соглашаясь, и поинтересовался:
– Когда вернешься?
– Я не вернусь, – невозмутимо ответил Ветер.
Марк на мгновение изумленно замер, потом выдавил:
– А как же Айн?
– Вы хорошо справляетесь и без моего вмешательства. У вас приличная фора и во времени и в объеме информации.
– Но почему? Что случилось? Как же Елена?..
– Так надо. Ничего не случилось. Она поймет. – Ответил Вэй сразу на все его вопросы.
Марк удивленно проводил его удаляющуюся фигуру взглядом – странные поступки и странные непонятные отношения…

Марк получил информацию о двадцати четырех кораблях, прошедших через нужный квадрант в интересующий их временной интервал. Много, но в реальности все эти корабли распределялись между шестью владельцами. Первый был торговец, второй пассажирский перевозчик, другие два сопровождавшие торговца и пассажирский транспорт наемники. Если бы Айн подобрали корабли, принадлежащие этим четверым, Карен давно бы об этом сообщили. Оставшиеся два были зарегистрированы как частные капитаны-владельцы. Вот они как раз с большой долей вероятности и могли подобрать разведчик… Однако у одного из них не совпадало время нахождения в нужных координатах со временем исчезновения Айн. Имя оставшегося владельца ничего Марку не говорило, как и название корабля, который летел на Хейду. Это автоматически делало его недоступным еще как минимум пару недель…

Эли резко вскочила и не заметила, как маленькая записка, лежавшая у нее на подушке, упала на пол. Странно, что рядом не было Вэя, последние дни он практически не отходил от нее, словно тень сопровождал, куда бы она ни пошла. Они много разговаривали об Айн, и о том как и чему ее можно научить. Много говорили о ней самой, о том, чего она хочет… Вэй на удивление был очень нежен внимателен и предупредителен… А сейчас его не было рядом. По спине Эли пробежал холодок от нехорошего предчувствия…
Она быстро оделась и тут же замерла – что-то изменилось. Потом вспомнила, что ночью они должны были прибыть на станцию Верба. Она выглянула в иллюминатор – точно, корабль стоит в доках. Она вылетела из каюты, практически сбив с ног зевающего Берковица, проходящего мимо.
– Ты Вэя не видел?
– Видел. Пару часов назад. В районе выходного шлюза.
Елена почти бегом направилась в указанную сторону. Майкл удивленно проводил ее взглядом, потом вспомнил, что Марк послал его за ней:
– Подожди! – крикнул он ей в след, но девушка  уже была далеко и не слышала его.
Ветра Эли не нашла, однако часовой у шлюза подтвердил, что Вэй покинул корабль и назад еще не возвращался.
В каюте Вэя все было на месте, и это немного успокоило девушку. Но когда Ветер не вернулся ни через два, ни через пять часов, Эли поняла, что он вообще не вернется…

С точки зрения Марка метания Елены плохо укладывалась в слова Ветра «она поймет». Конечно это не его дело, но девушку было жалко. Похоже, ее бросили, да еще и без объяснений… Он рассказал ей о диалоге с Ветром на выходе. Елена ответила лишь «спасибо» и заперлась в своей каюте. Марк не стал ее беспокоить, он чувствовал ее состояние и решил дать девушке время принять случившееся. Произойди с ним что-то подобное, он был уверен, что тоже захотел бы остаться один.
Однако работа есть работа и нужно что-то делать с полученной информацией. Он выложил Майклу свои выводы по кораблям, тот с ним согласился, однако возразил, что информация не полная:
– Не все корабли обязательно останавливаются на Вербе. Тут где-нибудь недалеко есть точка сбора пиратов и вполне возможно, пиратская станция. Они, как ты понимаешь, свои корабли и маршруты светить на цивильных станциях не будут.
Марк крепко задумался:
– Это все сильно усложняет. Насколько ты уверен, в том, что только что сейчас сказал?
– Полной уверенности нет, но… сам подумай, какие у нас есть варианты кроме того корабля, который улетел на Хейду?
Марк громко чертыхнулся и добавил:
– Тогда выкладывай все, что знаешь о пиратских станциях!
Берковиц, отвернувшись, понуро молчал. Марк покачал головой.
– Я понимаю, у пиратов свой кодекс и все такое…
– Конституция, – тихо поправил Майкл.
– Конституция, черт ее дери! – Марк стукнул кулаком по столу так, что Майкл испуганно вздрогнул, – но ты давно уже не пират, почему ты так держишься за все эти детские романтические бредни о благородстве, конституции и чести?
Майкл молчал.
– Хорошо. Тогда ответь мне, не как рядовой Берковиц, а как пират, что бы ты сделал с Айн, попади она к тебе?
– Продал бы на Зеде, не раздумывая.
– А теперь представь: Айн лапает и имеет по-всякому похотливый барон… или в ее вскрытом черепе копается какая-нибудь лабораторная крыса… – Марк схватил Майкла за грудки и сквозь зубы процедил, – ты этого хочешь?!
Майкл отрицательно замотал головой и заговорил:
– Раньше здесь была Росянка, существует ли она сейчас и кто ее хозяин, я не знаю. Все собирались в условленной точке, проходила перекличка по кодовой фразе, которая менялась от раза к разу. Того, кто ее не называл или называл неправильно, расстреливали тут же. Остальных провожали к нужному месту, потому что станция дрейфует и постоянно меняет расположение. Как все происходит сейчас, я не знаю.
Марк удовлетворенно кивнул:
– Как часто собирались корабли?
– Раз в несколько дней, без определенной системы. Могло пройти два, или три дня, бывало, и на следующий день собирались.
– Значит, нам нужно наблюдать за прибывающими кораблями, идущими мимо Вербы… – рассуждал Марк вслух, – нужно ставить им метки и следить, куда они направляются.
– Костолиц, ты же не планируешь попасть на сбор? Без кодовой фразы это самоубийство!
– А что, есть предложение получше?  – прорычал Марк. Майкл после некоторого раздумья отрицательно качнул головой. – Тогда иди, выбирай себе разведчик, будешь помечать прибывающие корабли.
– Меня же отстранили от полетов, – попытался отвертеться Берковиц.
– Ничего страшного, – оскалился Марк, – под мою ответственность!

***
Дверь открылась, и в каюту Айн заглянул Игорь. Он отдал девушке прохладный сверток:
– Тут немного еды и бутылка с водой, – пояснил он, – идем скорее, пока дежурный не вернулся!
Проходя мимо наблюдательного поста, мальчик вернул на место ключ от каюты Айн. Они осторожно двигались по пустому полутемному коридору, но за поворотом наткнулись на двоих, Игорь растерялся, не зная куда бежать и что сказать. Но двое вдруг остановились и замерли. Айн испуганно выдохнула – она невольно оглушила их, еще до того, как сообразила, кто они и какую угрозу представляют. 
– Они нас видели и все расскажут папке, – в панике зашептал Игорь.
– Не расскажут, – шепнула Айн в ответ, – они забудут про нас.
Айн мысленно коснулась каждого из них, забирая память об этой случайной встрече, и вопросительно посмотрела на Игоря. Тот повлек ее за собой, то и дело удивленно оглядываясь на неподвижно стоящих мужчин. Подобным образом Айн поступила еще с шестью людьми, повстречавшимся на их пути – с каждым разом это было проще и легче. У выхода дежурило четверо, они увлеченно играли в какую-то игру с карточками и пока не видели ни беглянку, ни ее помощника, однако пройти мимо незамеченными, не представлялось возможным. Айн мысленно оглушила и их, и они тут же замерли, как и все предыдущие.
– Выход там, – показал Игорь.
Айн присела, и ее лицо оказалось на одном уровне с лицом Игоря. Взяв мальчика за руку, она поцеловала его в щечку и прошептала:
– Иди спать.
Игорь послушно развернулся и ушел. Она сделала, как обещала, забрала у него все образы, связанные с собой. Никто ничего не узнает, и мальчику никто ничего не сделает. Запоздало пришла мысль, что хватило бы просто посмотреть в памяти Игоря дорогу к выходу…
Снаружи была ночь, но Айн вполне хватило света тоненького серпа спутника Амалькары, для того, чтобы сориентировалась в темноте и разглядела место, куда сел корабль. Справа от корабля, очень далеко на равнине светилось множество огней, видимо, обозначая место обитания жителей планеты. Слева от корабля, совсем рядом, были горы. Айн видела горы только на картинках и читала о них  в книгах, что давал Марк. И то, что она знала о горах не вызывало желания пойти и начать их исследовать. К тому же вероятнее найти помощь именно среди людей. Но на границе гор  и равнины тоже были огни, их было мало, но они было гораздо ближе, и Айн решила пойти туда. Она медленно брела к освещенной местности, холодный воздух отчего-то набрасывался на нее. Айн сильно замерзла, ее била дрожь, но она упорно двигалась к своей цели.  

Андрей поздно ночью поехал на велолете в шахтерский поселок навестить отца. Он ехал, экономя заряд аккумулятора, в темноте без света и так отлично зная дорогу. Сегодня, недалеко от поселка сел грузовой корабль, это означало, что есть шансы обменять что-то на еду, лекарства, одежду и узнать новости о том, что происходит.  Конечно, рано утром придется сломя голову мчаться назад в город на работу, чтобы не опоздать, и он снова будет сонным и не внимательным. Но все это мелочи, по сравнению с возможностью пообщаться с торговцами, которых в последнее время стало так мало.
Он объехал корабль разок по кругу, но грузовой шлюз был закрыт. Это был один из тех кораблей, что уже не раз появлялся здесь. Андрей поехал дальше, пытаясь прикинуть, что можно будет запросить за два небольших черных алмаза, найденных в шахте. Последнее время даже за камни платили платили мало.
Он так увлекся расчетами, что совсем не следил за дорогой и его велолет кого-то сбил в темноте. Андрей немедленно спрыгнул с него, включил фонарь и рассмотрел жертву своей невнимательности. Это была очень странная девушка — он не видел ее здесь раньше. И вообще никогда не видел никого, похожего на нее – она сильно отличалась от местных девушек.  Она была очень красивая, хрупкая и нежная, напоминала ангела, сошедшего с картинки. Скорее всего, она прилетела на корабле. Андрей осмотрел ее – пара ссадин и синяков, ничего серьезного. Он попробовал привести ее в чувство, но у него не получилось. Он осторожно переложил девушку на велолет и повел его к поселку. Айн придя в себя, вскочила, чуть не свалившись, но Андрей подхватил ее, не дав упасть. Айн испуганно его рассматривала, однако, не обнаружив ничего угрожающего, успокоилась, хоть и оставалась несколько настороженной.
– Ты кто? - спросила она.
Парень усмехнулся:
– Это ты кто? Я никогда не видел людей похожих на тебя. Я сбил тебя велолетом, теперь везу в мед корпус, чтобы тебя осмотрели.
– Не надо в мед корпус. Со мной все хорошо. Я просто немного замерзла…
– Ты из корабля, который прилетел сегодня вечером? – Андрей снял с себя куртку и накинул на плечи девушке. Та тут же закуталась в нее.
– Да. Я убежала оттуда, меня хотели продать на Зеде.
– Тогда советую тебе вернуться, потому что рабство на Зеде гораздо приятнее, чем свобода здесь, - грустно заметил он.
– А почему так?
– Здесь не хватает еды, лекарств, ничего нет, есть только добыча лирия. Мы все занимаемся только этим.
– Ты голоден? – Поинтересовалась Айн, – у меня есть немного еды.
Андрею очень хотелось есть, однако отбирать еду... ну хорошо, даже не отбирать, пусть она и сама предложила, он счел не честным. – Спасибо, я не хочу, – ответил он, немного помедлив.
– Глупости, – ответила Айн и протянула ему половину куска сыра из вакуумной упаковки, которую дал ей Игорь.
Андрей отломил кусочек и положил в рот. Ничего вкуснее последние месяца три он не ел. Он поблагодарил девушку и спрятал сыр за пазуху – он пригодится отцу. Девушка спрыгнула с велолета. Спасибо, в мед корпус я не пойду. Но если ты поможешь мне найти место, где можно согреться и отдохнуть, я отдам всю еду, что у меня есть.
– Помочь на ночку-другую не сложно, но оставаться здесь не советую, – покачал головой Андрей, – у нас сложно выжить, если не работать с утра до ночи. Еду можно добыть только так. Вот что ты умеешь, например?
Айн глубоко задумалась, потом неуверенно произнесла:
– Могу вести разведчик…
– Вот это да! А сражаться на истребителе можешь?
– Не знаю, я не пробовала…
– А что еще ты умеешь?
– Не знаю, считается ли это, но могу кого угодно уговорить поступить так, как мне надо.
Андрей хмыкнул:
– Ну, это ты наверное обманываешь, такого никто не умеет. Особенно с торгашами, которые меняют лирий на еду.
– Не веришь, давай проверим, – обиженно предложила Айн, – ты же собирался завтра менять свои алмазы.
– Откуда ты знаешь? Я тебе этого не говорил, – подозрительно покосился на девушку Андрей.
– Ты, наверное, забыл, – она взяла парня за руку, – помнишь, ты сам сказал мне об этом...
– Да, точно, я забыл... Давай так, если сможешь уговорить моего отца оставить тебя переночевать в пустующей комнате его барака, я тебе поверю.
Айн согласно кивнула.

Они добралась до поселка у снования горы – скопление одинаковых строений с маленькими окнами. В некоторых горел свет, но окна большинства были темны. Площадка перед горой была освещена, в горе зияла огромная дыра, в недра которой уходили рельсы.  На входе в дыру на рельсах стоял механизм, названия которому она не знала. Во тьме ночи он был огромен и устрашающ, однако неподвижен. Понаблюдав за механизмом, Айн пришла к выводу, что в данный момент он не опасен, кроме того, ее спутник даже не глянул в ту сторону.
– Мы пришли. – Андрей подошел к крайнему домику и постучал в дверь, – отец, это я.
– Заходи, открыто, – раздался голос из глубины строения. Айн и Андрей вошли. Парень выложил на стол кусок сыра, что дала ему девушка. – Откуда это чудо? – поинтересовался высокий худой мужчина. Он был также смугл и темноволос, как и Андрей.
– Вот, она поделилась, – Андрей вытолкнул Айн вперед.
Та пристально разглядывала мужчину, потом медленно поинтересовалась:
– Я могу согреться и переночевать у вас в пустующей комнате?
– Да конечно, – так же медленно ответил мужчина.
Парень отвел Айн в соседнюю комнату, показал кровать, достал одеяло и предложил его девушке.
– Я справилась? – спросила она, натягивая одеяло и сворачиваясь в клубочек.
– Конечно, справилась! Поможешь мне завтра торговаться?
Айн сонно кивнула, Андрей вернулся к отцу.
– Откуда она взялась?
– Я сбил ее велолетом. Говорит, сбежала от торговцев, они хотели продать ее на Зеде.
– Она наверняка дорого стоит и если ее найдут здесь, у нас могут быть очень большие проблемы. Не знаю, как это я позволил ей остаться здесь... – задумался мужчина.
– Она сказала, что может любого уговорить сделать то, что ей надо. И это правда – ты же разрешил ей переночевать. Завтра вместе с ней можно будет выторговать  за лирий и камни больше.
– В крайнем случае, вернешь ее за вознаграждение, они ее наверняка ищут.
– Отец, так нельзя!
– Не забывай, что у тебя есть сестра и ей нужно лекарство! А эта девчонка тебе никто, ты даже имени ее не знаешь!
– Да, не знаю, но она доверчивая, как ребенок… я лучше украду, чем предам.
– Как хочешь, но добудь лекарство для сестры. Я не смогу, уже сегодня начинается моя  недельная вахта в шахте. Но мы с Качински довели до ума нашу идею из отработанного лирия. – Мужчина достал предмет похожий на пенал, снял чехол, и вокруг стало очень светло.
– Так у вас получилось! Негасимый фонарь!
– Да, не требует заряда, электричества, батарей, не портится от воды. Только в сильном холоде горит чуть тусклее, а в тепле ярче. Как видишь, нам удалось перевести остаточную энергию отработанного лирия в диапазон видимого света. Энергии хватит примерно года на два, плюс-минус пара месяцев. Я надеялся, что за это мы с Качински сможем выторговать больше. Попробуй завтра. Есть три таких фонаря. Но мы можем сделать еще, если у нас будет отработанный лирий.
– Хорошо, папа, я постараюсь. Я лягу на полу, а тебе нужно поспать оставшиеся часы.

Раним утром Андрей разбудил Айн:
– Ты обещала помочь с торговцами, твое предложение еще в силе?
– Конечно, – по-детски протирая глаза кулачками, ответила девушка. – Прямо сейчас?
– Да, пока еще рано и мало народу. Только… тебя ведь могут поймать.
– Разберемся на месте, – ответила она, одевая обувь, – идем?

У входа в грузовой шлюз стояло несколько человек. Андрей оставил грузовую платформу поодаль. Айн была уверена, что с любым, кто ее заметит, она легко сумеет справиться, но на всякий случай спряталась за платформу.
Из этических соображений никто не подходил близко пока кто-то разговаривал с главным и торговался. Каждый предлагал то, что мог. На экране отображались цены, однако они служили лишь примерным ориентиром, в каждом конкретном случае за одно и то же можно было получить как больше, так и меньше. Андрей оставил Айн и подошел поинтересоваться, на сколько хватит того, что он принес на обмен. К своему сожалению он отметил, что цены выросли, и за два черных бриллианта можно было разжиться только едой для всего семейства на пару месяцев. Если же пожертвовать едой, то можно не дожить до следующего прилета торговцев, последнее время они летали очень нерегулярно. Лирий же практически ничего не стоил и на лекарство для сестры его не хватало. А если не закончить лечение, то можно смело считать все ранее потраченное на лекарство просто выкинутым на ветер. Он мучительно рассчитывал, как получить и лекарство и еду... Он вспомнил про негасимый фонарь, данный ему отцом, и подошел к главному.
– У меня есть два алмаза, лирий и одна любопытная вещица, которая может вас заинтересовать, – проговорил он.
Главный, с деланным безразличием, процедил сквозь зубы:
– Ну что там у тебя?
Андрей вынул из чехла фонарь и продемонстрировал его торговцу — тот внимательно рассматривал новинку.
– Эта штука взрывоопасна... – наконец проговорил он.
– Нет, – возразил Андрей, – она из отработанного лирия, энергии хватает только на свет. Гореть будет пару лет, не требуя внешних источников и подзарядки, не боится воды и перепадов температур. Если у нас будет отработанный лирий, мы можем сделать еще.
Айн хорошо слышала все, что говорил Андрей, а предложенное им на обмен, главному однозначно понравилась, однако тот скривился и спросил:
– Ну и сколько у тебя этого хлама?
Парень обиделся, но виду не подал:
– Три есть. За все вместе хочу лекарства на полный курс, – он протянул главному бумажку с названием и два черных камня, – и еды на две недели на троих.
Торговец внимательно рассматривал алмазы. Даже на расстоянии Айн чувствовала его восторг от того, что за камни и фонари так мало запросили, однако он ответил Андрею:
– За это все – лекарство и еду на неделю!
Андрей хотел возразить, но не успел, подошла Айн и решительно заявила торговцу:
– За это все – лекарство, еды на трех человек на два месяца и весь отработанный лирий, что у вас есть. Главный удивленно уставился на девушку, потеряв дар речи. Айн так быстро, как могла, удалила из его памяти все образы, связанные с собой. Торговец закатил глаза, его ноги подкосились, но Андрей подхватил его и аккуратно спустил на пол. Тут же подбежал складской помощник, в голове которого Айн про себя ничего не нашла. Кладовщик попытался привести торговца в чувство, через минуту тот открыл глаза. Напуганная Айн облегченно выдохнула. Она перебрала образы в голове торговца, нашла в его памяти образ ситуации, где торговец был доволен предложенной сделкой, и заменила им образ настоящего, также как сделала это совсем недавно с Игорем. Торговец, пристально глядя на Айн, медленно повернулся и махнул рукой складскому помощнику:
– Выдай им то, что они просят.
Андрей отдал остальные фонари главному и пошел за помощником. Тот помог парню сложить покупки на грузовую платформу. Айн мысленно коснулась торговца и кладовщика, забирая память о том, что они ее видели, и отошла так, чтобы ее больше не заметили с корабля. Андрей был несколько в шоке от свалившегося богатства и способа, каким его получил, и по дороге в поселок говорил без умолку:
– Вот это да! Я почти не рассчитывал на что-то кроме лекарства и еды на несколько дней. Ты не уговаривала его, он просто согласился... и почему он упал? Как у тебя это получилось?
– Такое бывает, если я все делаю быстро. А как у меня это получается, я не могу объяснить. Это как… ходить. Ты просто идешь туда куда нужно и не задумываешься о том, как ты это делаешь. 
– Опасный у тебя талант, даже я это понимаю, – серьезно произнес Андрей. Айн согласно кивнула.
– Я знаю. Мне говорили, что нужно думать о последствиях, перед тем, как использовать то, что я умею. Но я не успеваю думать, все происходит само…
– Кстати, о последствиях… жаль, что нельзя воспользоваться твоей помощью еще раз, – грустно заключил Андрей.
– Почему? – Айн удивленно посмотрела на парня.
– Если с твоей помощью мне все время будет везти, как сегодня, у других возникнут вопросы ко мне, я не смогу долго скрывать про тебя… другие тоже захотят, чтобы ты им помогла…
– Но я хочу помочь! Всем!
Андрей горько улыбнулся:
– Ты поможешь, а торговцы, подсчитав прибыль, быстро поймут, что с нашим поселком торговать не выгодно и перестанут приземляться здесь. Проблема не в нас и не в торговцах, проблема намного выше…
– Выше, в небе? – Айн почти ничего не поняла из последней фразы парня.
Андрей засмеялся:
  Почти. Выше нас те, кто решает за всех нас. Я знаю, что сейчас даже президент слушается Стаса Жебровски, значит, выше и главнее его никого нет. Он, наверное, мог бы придумать, как использовать то, что ты умеешь и помочь нам всем.
– А он хороший, этот Стас Жебровски?
– Да, он очень хороший!
– Отведи меня к нему.
– Он так высоко, что отсюда его не достать! – рассмеялся Андрей, – ближе всех к нему ВКСА  – вооруженные космические силы Амалькары, потому что он ими командует. Ты говорила, что можешь управляться с разведчиком, значит, тебя возьмут в ВКС. Они всех берут сейчас. Там встретить его намного вероятнее, чем здесь, внизу, на планете…

***
С тех пор как Ветер покинул корабль, Елена не выходила из каюты. Марк не беспокоил девушку, понимая ее чувства. Но сейчас требовался анализ новостей и ее решение о том, что делать дальше. На стук никто не ответил, каюта была заперта изнутри. Марк открыл ее универсальным электронным ключом. Увиденная картина поразила его. Елена обычно очень хорошо следила за собой — всегда была аккуратно причесана, одета и накрашена. Теперь же спутанные волосы были завязаны в небрежный узел, ни следа косметики на лице, одета только в короткую нижнюю рубаху…  и то, что она практически в нижнем белье перед посторонним мужчиной ее ни капли не трогало. Она стояла и смотрела в иллюминатор, но ее взгляд был пугающе пуст, а руки теребили цепочку с подвеской в виде цветка с зеленым камнем в середине. Его приход, казалось, остался незамеченным  – она ни изменила позу,  ни посмотрела на него. Марк озадаченно задумался – уход Ветра, сильно ударил по девушке… Поглядев еще немного на странную фигуру Марк, наконец, определился с тем, как себя вести, он спросил:
– У меня новая информация о вероятном месте нахождения Айн. Ты нужна, чтобы решить, что делать дальше.
– Делай, что хочешь, мне все равно, – тихо, медленно и безразлично ответила Эли, не поворачиваясь.
– Значит мы больше не ищем Айн и возвращаемся к Карен?
– Как хочешь, только оставь меня...
Марк несогласно покачал головой:
– Елена, нельзя же так! Ты уже третий день не выходишь и ничего не ешь!
– Тебе же лучше, если меня не будет…
Вот это Марку уже совсем не понравилось.
– Ну что случилось такого смертельного? – тихо спросил он, подойдя ближе.
– Ничего… просто уйди и забудь обо мне…
Марк раздраженно выдохнул сквозь зубы:
– Хорошо, допустим, я оставлю тебя и уйду, что дальше? Ты так  и будешь сидеть здесь, ничего не есть и жалеть себя?!
Елена не ответила, Марк понял, что диалог продолжать бессмысленно. Нужно каким-то образом переключить ее на что-то другое, на другую эмоцию или реакцию, заставить изменить состояние — но вот как?.. Он схватил Эли за плечи и встряхнул так, что у нее клацнули зубы:
– Ты сама настаивала на том, чтобы я помог найти Айн. Я помогаю – есть информация и нужна ты,  чтобы понять ее ценность. После того как разыщем Айн, можешь делать все что угодно — сидеть, смотреть в одну точку, умирать от голода и тоски, это уже твое дело! Но сейчас нужно закончить начатое, я все равно от тебя не отстану! – Елена поморщилась и попыталась разжать его пальцы и сбросить руки со своих плеч. Но он проигнорировал ее и встряхнул еще раз, — ты поняла меня?
Эли еще раз поморщилась:
– Поняла. Отпусти, мне больно!
Марк внимательно посмотрел на девушку – в ее взгляде появилась осмысленность – он разжал пальцы и отпустил ее. Эли от неожиданности пошатнулась, и схватилась за плечи там, где он ее держал — на коже отпечатались яркие следы пальцев. Она потерла больные места:
– Обязательно было синяки оставлять? Тупой солдафон, – проворчала она.
– Вот теперь ты больше на себя похожа, – усмехнулся Марк.
– Убирайся! – она с силой толкнула его.
– Я жду тебя на мостике, постарайся долго не возиться, – проговорил Марк, покидая каюту, – а то я снова приду тебя спасать... – последнее слово Елена не расслышала.
Эли разглядывала себя в зеркало – просто кошмар... Она подумала, что действительно, стоит привести себя хотя бы в относительный порядок. Поглядев на свою нижнюю рубаху, до нее дошло, что при Костолице она была почти раздета. Она снова погладила ноющие плечи со следами рук Марка – тупой солдафон, но он прав, конечно, как бы ни было плохо, есть дело, которое нужно завершить, а потом можно будет уйти... или нет... посмотрим. Она умылась и оделась.  Длинные волосы были порядком запутаны и расчесывались с трудом. Дернув в раздражении непослушный узел, она уронила расческу. Наклонившись ее подобрать, заметила бумажку на полу. Это не могло быть случайным мусором  – Эли сама не пользовалась бумагой, предпочитая передавать послания через комм, зато Вэй бумагу предпочитал всему остальному… Она опустилась на пол и медленно, затаив дыхание, развернула листок: «Верь мне…» было аккуратно выведено по-хейдагански.
Мир, приведенный Костолицем в хоть какое-то подобие шаткого равновесия, вновь опасно накренился, угрожая обрушиться отчаянием и пустотой…
И что это значит? Он ничего не говорил и не давал никаких намеков… Теперь он просит верить ему, но сам при этом не верит ей... а объяснить иначе его молчание нельзя… Непонятно… он просит верить в то, что он вернется или в то, что не вернется никогда? Верить в то, что ему почему-то нужно было уйти ничего не сказав… верить, что он причинил боль по необходимости или… верить в то, что без него ей будет лучше?
Он говорил, что не сделает ничего, что навредит ей… но разве может что-то навредить сильнее, чем его такое вот молчаливое исчезновение… «Верь мне…»
И как теперь быть… верить и ждать или верить и не ждать?..
В груди поселилась боль, а слезы сами нашли дорогу во вне  – лучше бы она не видела этого послания. Оно лишь ранило сильнее и внесло еще больший хаос в и так беспорядочные мысли…

Елена долго не появлялась, и Марк решил удостовериться, что все в порядке… Он застал ее сидящей на полу в слезах, с какой-то бумажкой в руке. Ледяная принцесса растаяла и сейчас перед ним была обыкновенная расстроенная женщина. Ей было больно так остро, что у него у самого заныло в груди, и подступил ком к горлу. Он опустился на пол рядом с ней.
– Что здесь написано?
– Верь мне… – прошептала Елена, спрятав лицо в ладонях.
– Значит, верь ему, он знает, что делает… – Марк обнял девушку, и она неожиданно доверчиво прижалась к нему и разрыдалась. Она плакала долго, как бы расплачиваясь за все те дни мнимого холодного безразличия, выплескивая обиду, тоску и разочарование…
Марк ничего не говорил, лишь сочувственно поглаживал по плечу. Немного успокоившись, Эли отодвинулась от мужчины:
– Выйди вон, Костолиц! – проговорила она, вытирая слезы, – довольно меня лапать!
Марк встал и поднял руки, сдаваясь:
– Уже ухожу. Но я жду тебя на мостике!

Елена появилась на мостике, внешне, как и всегда, холодная и невозмутимая – ни следа происходящих с ней переживаний, как будто и не было этих дней взаперти, будто она и не плакала вовсе… Но Марк чувствовал ее, запрятанный куда-то глубоко внутрь, клубок отчаяния, тоски и боли…
 Он рассказал обо всем, что удалось узнать на станции Верба.
– Каков класс корабля, что улетел на Хейду? – спросила Елена.
Марк быстро нашел по названию и владельцу корабль, что их интересует:
– Курьерский катер… да, я дурак, что не проверил это раньше, у них просто нет места, для того, чтобы взять на буксир разведчик…
– Значит, с большой долей вероятности Айн там нет, – продолжила за него Елена, – есть еще какие-нибудь предположения?
– Ну… мы думали еще над одним вариантом… – Марк и Майкл рассказали ей все, что знали о пиратах в этой системе и обозначили набросок плана, Марк добавил, – потому и требовалось твое присутствие, чтобы определиться с тем, что делать дальше.
Елена кивнула:
– Допустим, нам удастся попасть на эту самую Росянку. Как мы узнаем, что-то про Айн? Это же пиратская станция, вряд ли там фиксируют пройденные маршруты приходящих кораблей. Спрашивать же каждого встречного, нарваться на неприятности…
– Я рассчитывал на помощь Берковица, – неуверенно проговорил Марк, – он же в прошлом был связан с пиратами, возможно, ему удастся, не привлекая внимания что-то выяснить…
– Удастся, – подал голос, Майкл, - если мы избавимся от нашей эмблемы и найдем веский повод для того, чтобы находиться на Росянке. К примеру, везем какую-нибудь редкость, контрабанду ну, или наоборот, собираемся купить что-то редкое и дорогое…
– Редкое и дорогое сейчас черные алмазы, но у нас их нет, чтобы продать и просто не хватит денег для того, чтобы их купить…
– Ну не только алмазы ценятся, – проговорил Майкл, – очень красивые необычные женщины тоже дорого стоят… Если знать как и кому их предложить…
– Красивые и необычные, говоришь… – мурлыкнул Марк, пристально разглядывая Елену.
– Даже не думай, Костолиц! – Елена негодующе сверкнула глазами.
– Нам позарез нужна информация, если у тебя есть предложение получше, я весь внимание!
Девушка мстительно улыбнулась:
– Берковиц, а как насчет послушных рабов-мужчин, не красавцев, конечно, но готовых исполнить любой, самый извращенный каприз хозяина? – язвительно поинтересовалась Елена, разглядывая Марка так же пристально, как он, смотрел на нее, минуту назад.
– Это тоже может сработать, – насмешливо проговорил Майкл, наблюдая за дуэлью взглядов. А после небольшой паузы добавил, – возможно, даже лучше, чем с женщиной!
Марк возмущенно сжал кулаки, Елена улыбнулась и развела руками:
– Вот и договорились.
– Нет, не договорились! – категорично отрезал Марк, – я не смогу достоверно сыграть, я же убью первого, кто ко мне прикоснется! И дело даже не в самоконтроле!..
– Боже, Костолиц, какой же ты глупый! – перебила его Эли, разочарованно выдохнув, – тебе никто и не предлагает! Хотя…  – она подошла к застывшему в удивлении Марку и провела ладонью по его щеке, слегка царапнув длинным ногтем, – было бы интересно посмотреть на тебя в подобной роли… Но ты нужен здесь и в здравом уме! Под твоим командованием достаточно рядовых, есть из кого выбрать.
– Это солдаты, а не артисты! – возразил Марк, придя в себя. Кожа на щеке, там, где коснулась Елена, казалось, горела.
– Найди мне десяток согласных, и я постараюсь, чтобы они сыграли как надо! – равнодушно пожала плечами девушка, коснувшись подвески с цветком у себя на груди.

Эта подвеска уже давно привлекла внимание Майкла, ему казалось, он уже где-то видел ее и очень близко. Но вот когда и где и видел ли на самом деле, вспомнить не мог…

– Как именно мы попадем на Росянку? – спросила Эли.
– Мы вычислили точку завтрашнего сбора, но не знаем, пароля, – ответил Марк, – мы думали над тем, чтобы подслушать его на месте, но это рискованно –  не известно с кого начнут перекличку и хватит ли времени подобрать частоты. А если первыми окажемся мы, корабль расстреляют и нас вместе с ним…
Елена после минутного раздумья не согласилась:
– «Индиго» очень хороший фрегат, на месте пиратов я бы не разбрасывалась таким дорогим имуществом. Думаю, стрелять в корабль не станут, но абордажная драка будет точно. Мы попадем на станцию, но в качестве пленников.
– Как мы вернем корабль в этом случае?
– Все зависит от обстоятельств, Марк. – Эли устало прислонилась к стене, – это твой корабль, я не имею морального права просить тебя или заставлять идти на риск. Наверняка есть и другие способы добыть нужную информацию, нужно просто хорошо поискать.
– Шла бы ты… к себе в каюту… – ответил Марк, не глядя на девушку, – а со своим кораблем и уровнями риска я уж как-нибудь без тебя разберусь!
Эли подошла и легонько дотронулась до его запястья:
– Спасибо…

«Верь мне…» – Эли еще несколько раз перечитала записку, силясь найти в ней еще что-то между строк… Вэй был так внимателен и нежен последние дни, и в его лицемерие верилось с трудом. Конечно, он был на это способен как никто, но… с ней он был искренен. Возможно, что-то случилось… Ведь на самом деле, он ни разу не сделал ничего ей во вред… И если бы она была ему безразлична, он не утруждал бы себя записками и внимательным отношением… Если бы ему было все равно, он наверняка сказал бы об это честно и прямо, а не сбегал бы молча и трусливо… И если он поступил именно так, как поступил, значит, правильно так и никак иначе… 
От сделанных логических выводов стало немного легче - боль поутихла, но не убралась восвояси, осталась где-то глубоко внутри, отчаяние схлынуло, оставив вместо себя печаль и грусть… и надежду…

(продолжение следует)

Понравилась статья? Поделитесь ей с друзьями!



4 комментария:

  1. "– Ну что случилось такого смертельного?" - вот давно хотел сформулировать по поводу одной заковыки в образе Марка, и эти слова очень точно её иллюстрируют. Вот смотри, нам даётся информация о персонаже: Марк - эмпат. Т.е. человек, который, по-идее, способен воспринимать и понимать чужие эмоции глубже, чем другие люди. Но в данной сцене он действует как человек, лишённый не только эмпатии, но и простой человеческой логики. Марк в курсе, что Ветер по сути - единственное, что осталось у Елены. Она без него - никто, девушка без семьи, без будущего, без прошлого, без ничего вообще. Кроме того, она Ветра, вообще-то, любит - Марк _эмпат_, и он не может этого не знать.
    И при этом задаёт вопрос, просительный разве что для человека, который Елену увидел вот только что впервые.
    Я не говорю о том, что человек, обладающий эмпатией, более склонен к сочувствию, а не мыслительным схемам в стиле "нужно каким-то образом переключить ее на что-то другое, на другую эмоцию или реакцию, заставить изменить состояние" - это уже тонкости и понятно, что скорей авторское выражение. Конечно, дальше Марк ей сочувствует, но эта фраза просто-таки выбила из колеи.

    А в целом очень интересно разворачивается сюжет, интригующе. Единственное что, я бы не стал описывать такое количество моментов как у Айн возникло на пути препятствие, и исчезло, стоило ей захотеть, без каких-либо усилий с её стороны. Понравилось, что в конце её отрывка всё же возникает хоть какая-то задача, не решаемая немедленно.

    Эли очень жалко((( Но я тоже не верю, что Ветер мог её так бросить, конечно.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. О, да, косяк знатный, ты абсолютно прав. Я этот момент не отследила, поправлю.
      Спасибо тебе огромное!!!

      По поводу Айн тоже соглашусь. Подумаю, как сократить и усложнить ей жизнь ))))

      У Ветра своя игра ))

      Удалить
    2. Ну да, просто него периодически проскальзывают такие нестыковки, но более общие - можно обосновать, что он не сочувствует кому-то т.к. нет симпатии и т.д., но в этом эпизоде очень явно, что то он эмпат, то не эмпат вовсе...Ты старайся когда пишешь от его лица, в первую очередь прочувствовать, как на нём отражаются чужие эмоции, как он воспринимает душевное состояние человека - это позволит подчеркнуть его особенность и избежать таких несоответствий.

      Вообще необычное место, куда она попала - приятно, что совершенно разные слои общества представлены в книге, и видно, кто и какой ценой добывает лирий, на котором все летают.

      Очень интересно, что он задумал))))Хотя, возможно, я догадываюсь - но поглядим))))

      Удалить
    3. Ага, я постараюсь больше обращать внимания на Марка и его чувства.

      Рада, что нравится )))

      ыыыы, надеюсь, не разочарую )))

      Удалить

 
Copyright 2012 Handmade for dolls.