Приветствую! Это блог о моих любимых куклах. Все они воплощают персонажей моей истории. Я играю в куклы через шитье и фотографирование. Надеюсь, вам здесь понравится ))))
Предупреждайте меня пожалуйста о перепостах и оставляйте активную ссылку на страницу!
Ваша крошка Саломея


9 января 2014 г.

Ищущие дом (глава 11)

Сыровата, конечно, но я уже три месяца мусолю ее. Больше не могу, если продолжу, то окончательно плюну на белую правку всей этой истории. Нехай живет в черновиках - там все есть и эпилог в том числе. Даже в нескольких вариантах - одинаковых по сути, но разных по исполнению.
10 глава увеличилась на пару эпизодов, в результате чего пришлось поменять местами те, что были. Смысл и логика не пострадали, наоборот, мне кажется, стало лучше.
Дополнение к 10 главе 

В вербовочном пункте, что указал мальчик, подтвердили, что похожую по описанию на Айн девушку видели и отправили на орбиту. Однако командующая пунктом, сославшись на должностные инструкции, отказалась делать запрос на разрешение посетить линкор и увидеться с Айн.
Эли предполагала, что просто так на стратегически важный объект их никто не пустит, и в основном надеялась на небольшой козырь в запасе:
– Хорошо, тогда свяжите меня с вашим начальством, у меня есть информация о состоянии и местонахождении Жебровски старшего.
Командующая недоверчиво уставилась на Эли:
– Генерал погиб, – неуверенно начала она.
– Вы лично видели его тело? – Язвительно поинтересовалась Елена. Командующая не нашлась, что ответить и связалась с офицером на орбите. Через несколько минут ожидания на экране комма возник сам Стас Жебровски:
– Мне передали, что у вас есть информация о моем отце. – Генерал скривился, – полагаю, не бесплатная.
Эли согласно наклонила голову:
– Сведения несколько устаревшие, тем не менее, уверена, вам будет интересно. Взамен я бы хотела поговорить с девушкой, что недавно попала в ряды вашей армии, ее зовут Айн. Думаю, вы знаете, о ком идет речь.
– Возможно, – уклончиво согласился Жебровски, – я позволю вам встретиться с этой рядовой, если она сама этого захочет. Ждите пропуск.
Генерал отключился. Командующая пунктом, недовольная присутствием посторонних на своей территории, попросила ждать официальное разрешение и временные коды для стыковки с линкором где-нибудь в другом месте. Марк и Эли вернулись на «Индиго».
Прошло гораздо больше времени, для того чтобы по мнению Эли уладить все, даже самые мелкие формальности и получить, наконец, разрешение. Она искала Костолица, чтобы узнать новости, но никак не могла его найти – он не отвечал по комму, его не было ни на мостике, ни в зале совещаний, ни в столовой, ни в грузовом отсеке. Его никто не видел. На продолжительный стук в дверь его каюты никто не ответил…

***
Жебровски был в раздумьях: девушка, с которой он познакомился сегодня ночью, была интересна не только ему. Его уже дважды просили встречи с ней – сначала полукровка, назвавшаяся Эли Грей, которая связалась с ним через вербовочный пункт на Амалькаре, а через пару часов, хейдаганский представитель. И если Грей он мог отказать, не смотря на то, что у нее есть информация о его отце, то хейдаганскому представителю в свете заключенного союза, отказать было никак нельзя.
Он не сомневался, что ключ к популярности Айн ее способности. Сомневался лишь в том, кому разрешить первым встречу с ней. Он был очень удивлен, когда Айн назвала Грей мамой, увидев на экране комма. Хейдаганец же вызвал лишь недоуменный взгляд и пожатие плечами.
Стас вздохнул и подписал оба разрешения. Предназначенное Грей он отправил сразу, на отсылку второго он выставил отсрочку в два часа.

 Глава 11  


Первой мыслью Карен было, что Марк, как и она, заложник. Но он вошел один, без сопровождения и был одет в такую же форму, что и Обухов, только без знаков различий. Потрясенная догадкой, она медленно опустилась на стул, в голове звенело от пустоты:
– Как ты… Что…
Марк медленно подошел и опустился на стул рядом с ней.
– Да, я хасканец.
– Значит, все вранье, – тихо констатировала Карен, отвернувшись, – и про станцию Лотос и про твою семью…
Марк попытался взять ее за руку, но Карен отдернула ее, встала и отошла к окну. Молочно-матовое стекло было прохладным, и она прислонилась к нему лбом, пытаясь привести в порядок, хаотично скачущие мысли. Марк подошел, поднял руку, чтобы развернуть девушку к себе, но, так и не решившись дотронуться, опустил. Он с трудом подбирал слова для ответа, казалось, все они не в состоянии объяснить, донести все то, что он чувствует.
– Все, что я говорил – правда. Все что ты обо мне знаешь это правда, не игра и не обман. Все, что было между нами – настоящее.
– Теперь я понимаю, почему вы так хорошо осведомлены о моих… психоментальных характеристиках, – не поворачиваясь, глухо произнесла Карен.
 Марк почти физически ощущал горечь ее слов, остро чувствовал растерянность и недоверие.
– Да, я наблюдатель, и, наверное, я должен был тебе об этом рассказать, хоть это и запрещено. У нас нет специальных заданий. Наша свобода действий и выбора ничем не ограничена. Мы просто живем, как считаем нужным, и собираем информации о том, что происходит вокруг. Мы сами выбираем, что достойно нашего внимания, а что нет. Но ты попадала в содержимое моих отчетов только до того как мы… – Карен резко повернулась, Марк замолчал и прямо посмотрел ей в глаза, та отвела взгляд.
– Прости, но я не верю.
– А кому ты тогда вообще веришь? – тихо спросил Марк.
– Теперь уже, наверное, никому…
– Твое право… Но я не понимаю, почему тот факт, что я хасканец автоматически превращает меня в предателя, лжеца и перечеркивает все, что было между нами.
Марк встал и отошел к стене. Карен проводила его взглядом – такой родной и такой чужой одновременно. Ее буквально разрывало на две крайности. Одна часть ее хотела броситься в объятия Марка и безоговорочно принять любую ахинею, которой он сочтет нужным с ней поделиться. Другая ее часть холодно рассчитывала варианты наиболее болезненного убийства. Чтобы избежать развития внутреннего противоречия во то-то непоправимое, ее сознание было вынуждено отключиться.
Марк бережно поднял бессознательную девушку и зло обратился к Обухову, вошедшему в комнату вслед за врачом:
– Даже я не до конца верю в эту правду… зачем было выкладывать ей сразу все? Неужели нельзя было как-то по-другому добиваться ее сотрудничества?!
– Мы не психоменталисты… – начал было возражать Обухов, но Марк его бесцеремонно перебил:
– Так потрудились бы нанять хоть одного, черт вас дери!
– Костолиц, будьте добры контролировать эмоции и соблюдать субординацию! – Сердито рявкнул полковник, затем спокойно добавил: – иначе я буду вынужден отстранить вас от участия в этом деле.
Марк лишь сжал кулаки, удержавшись от язвительного ответа.

Карен открыла глаза и огляделась – белые стены, белый потолок, приглушенный свет, портативный медицинский автомат – похоже на медотсек, но не на корабле. Увидев рядом Марка, она улыбнулась и облегченно вздохнула:
– Господи, как же я рада тебя видеть! Мне снился какой-то невыносимо длинный кошмар.
– Снова сражение в лабиринте?
Марк подал ей руку, помогая слезть с высокой кровати.
– Нет, во много раз хуже! Или… это был не сон?
Марк покачал головой и вымученно улыбнулся.
Карен сложила руки на груди и сделала пару кругов по комнате – в движении думалось легче. Он ни разу не дал повода усомниться в его отношении к ней, и он однозначно не умеет врать. Разум подсказывал, что он возможно как раз мастер по части вранья и верить ему нельзя, чувства же вопили об обратном. Она глянула на замершего Марка – шпион. Ну и что? Он имеет право быть кем угодно…
Карен кусала губу в раздумьях, Марк, боясь пошевелиться, молчал и следил за девушкой взглядом, чувствуя ее метания от веры к недоверию, ожидая хоть какой-нибудь однозначной реакции. Наконец она медленно заговорила:
– Мне было бы все равно и ничего не изменилось бы в отношениях между нами, если бы ты рассказал обо всем раньше. Но ты не сказал. С другой стороны, я не могу перестать любить тебя только потому, что ты хасканец и шпион. Но я не понимаю, как можно принять все то, что мне наговорил этот ваш Обухов.
– Может быть, проще всего придумать логичное объяснение, – предложил Костолиц. Он неуверенно подошел к девушке ближе и осторожно взял ее за плечи. Вопреки его опасениям, Карен не отстранилась и не сбросила его руки. Обнадеженный ее реакцией Марк осторожно обнял Карен, она доверчиво уткнулась ему в грудь. Марк тихо продолжил: – какая разница, во что ты веришь, если в итоге будет сделано то, что необходимо? Если отбросить все, что говорил полковник, неужели Амалькара не заслуживает свободы и шанса жить и развиваться самостоятельно, не присоединяясь к Альянсу и не находясь придавленной его безразмерной задницей?
– Логичное объяснение, – глухо повторила Карен, не поднимая головы и теребя пуговицу на мундире Марка. – Но мой флот должен будет сражаться на стороне Альянса.
– Ты хозяйка своего флота, я уверен, ты что-нибудь придумаешь.
– Допустим… А что за СУПРы такие? – Карен наконец-то подняла голову и посмотрела Марку в глаза. Тот слегка задумался, пытаясь подобрать слова и понятнее ответить на вопрос.
– М.. ты видела человека-охранника у двери? Вот он тоже своего рода СУПР, но более человеческий, что ли. Часть его тела заменена на механизмы или модифицирована – кости, органы чувств, кожа… Но он все же остается человеком – он радуется или грустит, любит, ненавидит, испытывает вину. Разве что от страха ему оставили лишь зачатки. В том СУПРе, что предназначен тебе от человека осталась лишь тень разума, лишенная чувств, тело его – корабль.
– Но почему не нашлось никого кроме меня, чтобы им управлять?
– Потому что он пятнадцатилетний подросток… Ни у кого из взрослых не получилось войти с ним в резонанс, а от тех детей, у которых получилось, пользы было не много – им мешал страх и отсутствие опыта.
– Боже! Хасканцы не гнушаются экспериментов на детях?!
– Вот не надо! – Возмутился Марк. – Насколько ты себя считала ребенком в свои четырнадцать? К тому же СУПРом нельзя стать по принуждению.
– Значит, по-вашему, я великовозрастное дитятко, которое в состоянии понять корабль с человеческими мозгами? – к Карен вернулась ее язвительность.
Марк молча пожал плечами в ответ.
Карен вздохнула:
–Учитывая что вся моя сознательная жизнь укладывается лишь в 13 последних лет… Наверное, это так и есть. А как на счет всякой дряни в голове?
– У меня тоже в голове сидит одна дрянь, как ты выражаешься, и то, что я эмпат, по большей части ее заслуга.
Карен глубоко вздохнула и пробормотала
– Как все сложно… У меня такое странное ощущение, что единственная ненормальная здесь – это я. И если не привести состояние моего разума в соответствие с обстановкой, то я, кажется, умру… Только у меня условие, если вдруг это дурдом, то я хочу быть в одной палате с тобой!

***
Эли рассказала Жебровски все, что знала, о том, что произошло на станции Ирис, естественно умолчав о том, кто именно стоял за провалом группы сопротивления. Она также позволила себе указать на ошибки, которые привели к тому, что группа обратила на себя внимание служб безопасности. По лицу генерала невозможно было понять его отношение к полученной информации, он лишь кивнул, поблагодарив ее коротким «Спасибо». Немного поколебавшись, Эли все же решилась на комментарий:
– Если Альянсу покажется, что ситуация выходит из-под его контроля, они использует вашего отца, как средство давления на вас. Я знаю, это трудно, но определитесь, что для вас важнее, отец или то, ради чего он пожертвовал собой.
Эли шла по длинным коридорам амалькарского линкора за сопровождающим и с тревогой ждала встречи с Айн. Узнает ли она ее, как отнесется к встрече, захочет ли с ней разговаривать. Но вопреки опасениям, Айн увидев ее, сразу же узнала и бросилась в объятия: – Мама!
Эли проигрывала в голове различные варианты встречи с Айн, но то, что ее накроет настолько всепоглощающий и противоречивый поток эмоций, она просто не могла себе представить. Радость встречи, смешалась с облегчением от законченных поисков, тревога за жизнь Айн с гордостью за ее самостоятельность, желание отшлепать с желанием крепко обнять…
Чуть нахмурившись, Айн отстранилась.
– Ты нашла меня. Но зачем?
– Я не знаю, – неожиданно призналась Эли. – Я боялась, что с тобой что-то случится. Ты еще… маленькая, – не смогла она найти другого слова. Айн фыркнула:
– Я совсем не маленькая, со мной все в порядке. Я хочу остаться здесь.
– Но ты не можешь… – начала, было, Эли и тут же замолчала. Собственно не было никаких причин, для того, чтобы забрать Айн как и не было у нее самой никаких прав решать за нее, где ей быть и что делать. Если она сумела так далеко забраться сама, значит она и вправду уже вовсе не ребенок и ей не нужны опекуны и защитники. Она вполне в состоянии позаботиться о себе. Единственное что, Вэй сказал тогда, давно: «найди ее первой». Почему это было так важно, найти ее первой? И раньше кого? Его соплеменников? Если хейдаганцы найдут Айн она никак не сможет им помешать забрать ее – это их проект и они имеют на него полное право. С другой стороны, вполне возможно, Вэй о чем-то умолчал…
 До настоящего момента Эли ни разу не задумывалась, что будет, после того как она найдет Айн, и сейчас, когда наконец исполнилось то, чего она так хотела и поток эмоций схлынул, осталась растерянность и пустота в душе – будто бы будущее закончилось здесь и сейчас, как и смысл жить. Костолиц сказал, найдем Айн, можешь делать все, что угодно… Может, и правда пора уже…
– Мама, не надо так! – слова Айн вернули Эли в реальность, она удивленно посмотрела на девушку и сразу вспомнила, что та прекрасно считывает эмоции. Айн порывисто обняла ее. Эли оторопела и ответила на ее объятие не сразу. Отбросив неуместные сейчас самокопания, немного приведя мысли в порядок, она спросила:
– Как ты поняла, что это я?
– Я же знала, какая ты. Помнишь, я говорила тебе, перед тем как уснуть, что ты будешь красивой. – Айн подавила вздох, – но теперь я больше не вижу образов в твоей голове, и ни у кого, кто зовется полукровкой. И только эмоции я чувствую у всех без исключений.
– Почему ты хочешь остаться здесь?
– Я хочу помочь. А еще… – Айн доверчиво прижалась к Эли и едва слышно зашептала: – я никому не говорила, но мне снятся сны. Только я их почти не понимаю. Сначала это было что-то темное и страшное потом огромное белое. А еще люди, места и существа, которых я никогда не видела. Но сейчас таких снов больше нет, снятся лишь красный сон и белый сон. Иногда мне кажется, что это и не сны вовсе. Они везде и я в них… – Айн подняла руку и посмотрела на ладонь. – И белый и красный, не белый и не красный… я это все время чувствую… оно одно, но их два, не понятно, где одно становится другим… – Айн замолчала на некоторое время и вдруг вслух попросила: – Останься здесь, со мной.
От резкой перемены в голосе Айн Эли вздрогнула. Просьба ее не удивила, но заставила задуматься, чего хочет она сама. С исчезновением Вэя, как оказалось, ничего. Поиски – единственное, что придавало смысл ее существованию. Жить одной лишь верой Вэю было невыносимо трудно. Не жить – после того, как она получила возможность, наконец, быть самой собой – неправильно. Айн может быть тем якорем, что удержит ее здесь и поможет не сойти с ума от ожидания непонятно чего:
– Я останусь, если мне позволят, и если ты действительно этого хочешь.

***
Инга широким шагом ходила из угла в угол тесной каюты:
– Неужели ты не понимаешь, что если Альянс победит, тут же наступит конец твоему стабильному существованию в этой системе. Нашему существованию!
Джаспер, развалившись в кресле, прикрыв лицо рукой дабы загородиться от раздражающего движения собеседницы, вяло парировал: 
– Помогать Амалькаре опасно. Никто из людей на это не пойдет.
– Ошибаешься! – Инга прекратила хождение и встала напротив Джаспера. – Они сами хотят участвовать в этой войнушке, потому что им тоже важна стабильности и независимости одновременно. Как минимум у половины из них есть семьи!
– Вот именно, семьи! Ни один из них не согласится жертвовать собой, имея семью.
– Да наоборот все! Если Амалькара победит, все они получат возможность жить как нормальные люди, без рисков и отстаивания своего права на жизнь. А сорвиголовы всегда найдут себе приключения с тобой или без тебя. Пора уже собраться и раз в жизни сделать что-то глобально полезное, в конце-то концов! Хватит лелеять свою трусость и ласково называть ее осторожностью!
Джаспер хмуро следил взглядом за Ингой, которая ходила из одного конца каюты в другой.
– Ты же не хочешь, чтобы твой сын всю жизнь видел вокруг себя лишь пьяные морды, а го единственной радостью оставался бутылка лимонада с Зеды.
– Пиратам нельзя лезть в политику и чужие разборки.
– Это не чужие разборки! Больше половины твоих людей амалькарцы. И всю прибыль, которую они получают с твоей помощью они тратят на свои семьи, которые остались там. Это и их война тоже.
Джаспер хмуро молчал. Инга сделала несколько кругов по каюте, Джаспер по-прежнему хмуро проводил ее взглядом. Потом махнул рукой
– Если тебе так хочется покомандовать – валяй! Я с удовольствием посмотрю, как они тебя после всего растерзают. А может и раньше. И  не говори потом,  что я не предупреждал.
– Это значит, ты поможешь?
– Нет, это значит, что я не буду вмешиваться, если ты сагитируешь кого-то участвовать в этой заварушке. – Пробурчал в бороду Джаспер. – Может быть даже я подумаю и тоже решу присоединиться. Но если ничего не выгорит, я и пальцем не пошевелю, чтобы потом помочь тебе.
Инга пожала плечами:
– Если ничего не выйдет, мне уже будет все равно.
– Хорошо, я тогда свяжусь с Жебровски и скажу…
Инга бесцеремонно перебила пирата:
– Нет уж, если ты умываешь руки, обговаривать детали с генералом я буду сама. Мне не нужны посредники, которые могут непреднамеренно исказить смысл моих намерений.
– Ты мне не доверяешь? – возмущенно пробасил Джаспер. Инга в ответ лишь усмехнулась.

Стас Жебровски был удивлен, увидев на экране комма не Джаспера, а совершенно незнакомую девушку. Первой мыслью было, что этот зашифрованный канал перехвачен или взломан. Однако рядом с девушкой тут же возникло знакомое бородатое лицо:
– Выслушайте ее, генерал. Возможно, вам понравится то, что она хочет сказать.
Инга представилась, озвучила свое предложение и выжидающе посмотрела на собеседника. Жебровски долго молчал, поглаживая в раздумьях идеально гладкий подбородок, затем медленно заговорил:
– Ваше щедрое предложение довольно неожиданно. Но даже при условии нехватки людей я не могу его принять.
Инга подавила разочарованный вздох. Джаспер злорадно ухмыльнулся и протянул руку, чтобы закончить сеанс связи, но Инга метнула на него колючий предупреждающий взгляд, и пират благоразумно предпочел вернуть руку на место. Жебровски безучастно наблюдая за  молчаливой дуэлью своих собеседников лишь слега дернул бровью.  Повернувшись к генералу, Инга вежливо улыбнулась и спокойно продолжила:
– Я понимаю, что вы не доверяете мне и тем людям, что будут со мной. Но большинство этих людей родились на Амалькаре и сами хотят помочь.
Стас несогласно качнул головой:
– Тот, кто действительно хотел помочь, сейчас находится под моим началом. Остальные,  помогали и помогают только себе.  Мне совсем не улыбается в разгар сражения получить удар в спину от того, кто в курсе всех планов.
– Вы не правы генерал, но я не хочу переубеждать вас. И я не прошу посвящать нас в ваши планы, просто выделите нам участок, где мы сможем принести пользу. Глупо отказываться от совсем не лишней помощи!
– Мне нужно время, чтобы обдумать ваше предложение, мне также нужна хотя бы примерная информацию об объеме сил, на который я смогу рассчитывать. – Инга молча пробежавшись по кнопкам, отправила отчет Жебровски, тот кивнул в ответ, получив его. – Я сам свяжусь с вами до конца дня.

***
Ветер с капелькой иронии во взгляде наблюдал за братом, уставившимся на Руо, почтившую дом Мья-то своим неожиданным личным визитом. Оле, казалось, была несколько взволнована – слишком часто она взмахивала ресницами. Отец же никак не демонстрировал своего отношения к внезапной гостье, лишь на словах выразил свое почтение:
– Я польщен честью, что оказало ваше величество, посетив мой дом. Чем обязаны вашему визиту?
– Это частный визит, – спокойно ответила Руо. – У меня есть информация, которую я хотела бы обсудить с вами до того, как соберется совет. – Она повернулась к Вэю, – я желаю, чтобы вы тоже присутствовали.
Дэя она проигнорировала, Ветер едва не рассмеялся в голос, так забавно выглядело разочарованно удивленное лицо брата – он плохо умел скрывать свои эмоции.
Руо выглядела и вела себя как настоящая дева: слова, взгляды, жесты – все спокойное, уверенное, будто много раз выверенное. Глядя на нее сейчас, невозможно было поверить, что она способна мурлыкать нежности, топать ногами от злости или разбрасывать украшения в гневе.
Тео Мья-то пригласил гостью в свой кабинет:
– Ни что сказанное, не выйдет за его пределы.
Руо молча проследовала за ним, следом шел Вэй. Дева была бесстрастна и ни разу не оглянулась, беспрекословно следуя выбранному сценарию поведения. Мья-то старший закрыл дверь и предложил Руо сесть. Она грациозно опустилась на низкую скамью, аккуратно расправила складки длинных одежд, кивнула Оле, принесшей чай:
– Позвольте поздравить вас, и выразить надежду увидеть в совете.
Оле, низко поклонившись вместо ответа, вышла. Слишком поспешно. Ветер усмехнулся про себя – волнуется. Для него было привычно видеть и общаться с Руо, даже спустя столько лет, для Оле же она всегда была и оставалась ее величеством императрицей.
Ветер терялся в догадках о причине визита девы. Вполне в ее духе было подразнить его подобным образом. С другой стороны это в корне противоречило бы образу девы, к тому же правящей особы.
Важные разговоры никогда не начинались сразу и Вэй на грани раздражения ждал, когда дева насладится обсуждением вкуса чая и интерьера кабинета отца. Привычка людей сразу сообщать новости и цель визита без долгих церемоний сейчас ему казалось обоснованной как никогда. Однако он постарался подавить свое раздражение и нетерпение и перестать строить предположения, сосредоточившись на любимом чае – Оле заварила именно его. К тому моменту, когда все формальности были соблюдены, Вэй уже успокоился и был готов принять любую причину визита Руо – от самой нелепо-капризной до максимально серьезной.
– Господа, вы знаете, что хасканцы уже довольно давно предоставили нам информацию о вероятных проблемах с Альменой. Я видел ваш отчет, господин Тео-то-Сей о том, что их сведения в высоком проценте вероятности правдивы. В настоящий момент хасканцы утверждают, что независимость Амалькары ключ к решению проблемы с Альменой. Доводы, что они приводят в обоснование своей позиции, логичны, хотя и кажутся несколько странными. Они также обращаются к нам  с просьбой помочь Амалькаре отстоять свою независимости. С одной стороны, раздразнив Альянс союзом с Амалькарой, открытого столкновения нам хотелось бы по возможности избежать. С другой не хотелось бы повторения катастрофы – по данным хасканцев могут необратимо пострадать все.
Руо пробежалась пальцами по кнопкам наручного кома и переслала документы собеседникам. Давая им время осмыслить полученную информацию и прийти к каким-то выводам она неторопливо занялась чаем.
Пауза длилась довольно долго, Вэй, читая документы, украдкой поглядывал на деву. Он не нашел у нее признаков нетерпения или раздражения, она оставалась спокойной и невозмутимой. Он в тайне порадовался, что ее неофициальный визит не имеет к нему никакого отношения.
Тео Мья-то отложил комм, сделал несколько неторопливых глотков чая, аккуратно вернул чашку на низкий столик и заговорил:
– Хасканцы предоставили удивительно подробную информацию, здесь масса технических сведений, довольно любопытных, надо сказать. Уверен, это не подделка, скорее панический жест, продиктованный тем, что их попытки решить проблему дипломатическим путем, ни к чему не привели. И я не удивлен, учитывая, какими терминами и понятиями они оперируют, обосновывая свою позицию. На перепроверку этих данных уйдет время, которого, судя по всему, осталось очень мало. – Он помолчал, отправил в рот небольшой кусочек печенья, медленно прожевал его и заговорил снова. – Чтобы определиться с позицией, вам нужно четко ответить на несколько вопросов. Первый и основной вопрос в том, верим ли мы в угрозу со стороны Альмены. Ответ на него приводит или не приводит к следующему вопросу – можно ли решить эту проблему другим способом. В зависимости от ответа, следует определиться с тем, достаточно ли у нас сил противостоять Альянсу, и напоследок, хотим ли мы ввязываться в эту войну.
Руо замолчала на некоторое время, обдумывая услышанное.
– Я поняла направление ваших мыслей – вы удивительным образом умеете упорядочить информационный хаос. – Затем обратилась к Ветру: – Как по-вашему звучит ответ на второй ключевой вопрос?
Вэй почтительно поклонился и заговорил:
 – То, что хасканцы называют здесь пси-энергией и делят на положительную и отрицательную это низко- и высокочастотные производные активности клеток головного мозга, которыми способны управлять псионики. Несколько конструктов при технической поддержке смогли бы во-первых, сфокусировать эти производные в нужной точке, а во-вторых… Простите ваше величество, но я не вижу смысла продолжать, поскольку проект давно закрыт, – с тенью насмешки произнес Вэй. Он наблюдал за бесстрастно молчащей Руо – интересно, решится ли она в открытую рассказать о том единственном конструкте, которого она умудрилась потерять и о том, что проект все же развивался…
– Насколько реально было бы решить проблему с Альменой силами единственного псионика?
Вэй глянул на отца, тот лишь едва заметно дернул уголком губы, давая понять, что живой псионик для него не новость.
 – Попытаться можно, хуже не будет точно, но целиком и полностью полагаться на этот способ я бы не рискнул – результат во многом будет зависеть от потенциала, степени зрелости и обученности особи. Если бы у меня было больше данных об этом конструкте я бы смог спрогнозировать точнее.
– Если я смогу однозначно рассчитывать на вашу помощь в работе с этим единственным псиоником, вы получите всю имеющуюся информацию о нем.
Последняя фраза Руо однозначно свидетельствовала о том, что Аракава нашел Айн. Вот только неизвестно, что с Эли. Отвечая на реплику гостьи, Вэй согласно наклонил голову.
Руо поинтересовалась у Тео Мья-то, не отвлекает ли она его от важных дел. Поняв непрозрачный намек, он тут же вспомнил о неотложных заботах и с милостивого разрешения гостьи удалился. Оставшись наедине с Вэем, дева позволила себе немного расслабиться – уголки губ опустились, тонкие брови сдвинулись.
– Кай нашел псионика. Но этой девчонке кто-то прополоскал мозги так, что я не знаю, годится ли она хоть на что-то. А ее нянька, чертова полукровка, говорит, что у нее нет права мешать той в ее желаниях, отказывается от денег и сотрудничества.
После слов Руо Вэй мысленно облегчено выдохнул – умница Эли нашла Айн первой. И обстоятельства складываются удачнее некуда. Внешне же он равнодушно пожал плечами и ответил:
– Я не гордый, могу и сам к ней прийти.
– Я надеялась, что ты это предложишь. – Руо довольно улыбнулась. – Значит, так тому и быть, ты завтра отправляешься туда и решаешь эту проблему на месте, по мере сил. Если тебе нужны помощники и техника, ты сам знаешь, что делать и с кем говорить. Послезавтра я соберу Совет.
– Завтра… послезавтра? Мы куда-то спешим?
– Мы – нет, люди – да. Раз мы имеем с ними дело, приходится подстраиваться под их ритм. – Дева недовольно поморщилась. – Остается только надеяться, что долго это не продлится.
Вэй был одновременно удивлен и рад тому, что Руо оказалась способна учесть даже такой тонкий, но очень немаловажный нюанс, как различия в восприятии времени людьми – дева действительно повзрослела. Но вот то, что при каждом удобном случае она не упускает возможности побыть собой, ему только на руку. Ветер, в демонстративном приступе подозрительности, сузив глаза, внимательно посмотрел на деву:
– Руо, я надеюсь, ты не собираешься лично участвовать в сражении, если оно состоится?
Дева на мгновение замерла удивленная внезапным вопросом и тут же пришедшей в голову идеей.
– Участвовать – нет, но контролировать с максимально близкого расстояния – да. И ни ты, ни Аракава, ни кто-либо еще мне не помешает!
– Только не забудь перед этим составить завещание, а еще лучше, сразу сложи с себя корону в пользу того, кто займет твое место в качестве регента, – как можно равнодушнее заметил Вэй, скрыв улыбку за глотком чая. – Дочерей у тебя нет, как и сестер. Старшая мать будет неплохо смотреться на твоем месте. Она благоразумнее, осторожнее и опытнее, с ней легче договориться, и в отличие от тебя она умеет думать и просчитывать последствия.
– Мья-то, но это же единственная возможность попасть за пределы империи, увидеть людей, понять, как они успевают за свою короткую жизнь так много и так быстро… – Дева встала и прошлась  по кабинету. – Больше такого шанса никогда не представится! И ты предлагаешь отказаться мне от этой возможности?
– Руо, ты – императрица. Ты должна думать не о собственных прихотях, а о трех с половиной обитаемых планетах под твоим правлением!
– Я знаю. Вэй, ну пожалуйста… Умоляющие интонации в голосе девы заставили Ветра поднять на нее удивленный взгляд.  Но Вэй тут же нахмурился и неодобрительно покачал головой, больше ничего не сказав. Руо недовольно поджала губы, минутку подумала, и гордо вскинув голову,  спокойно ответила:
– Я императрица, решать мне, как и расхлебывать последствия своих решений. Я сделаю так, как сочту нужным. Разговор окончен.
Ветер проводил гостью к выходу и мысленно улыбнулся – иногда лучший способ заставить что-то сделать – отговорить от этого действия.

Понравилась статья? Поделитесь ей с друзьями!



12 комментариев:

  1. Мне кажется, даже если тот факт, что Марк, прямо скажем, скрытый, был известен тебе с самого начала, в тексте(особенно первой части) к этому нет никаких предпосылок, поэтому сюжетный поворот выглядит надстройкой для саспенса. Поскольку с его точки зрения было немало отрывков, выглядит так, словно внезапно появился другой персонаж, чтобы придать Марку интересности - но это должно хотя бы намёками прослеживаться с самого начала, иначе просто невозможно в это поверить, и, следовательно, следить за сюжетом.
    Обоснованной и последовательной в том виде, который есть, пока кажется только линия Айн(её сны и общение с Эли очень понравились), другие же герои как-то потерялись во внезапно нагрянувшем и абсолютно другом жанре. Понятно, что нужно было свести все линии вместе, а конец света кажется лучшим способом придать книге эффектности, но пока что это лишь обрушивает весь сюжет. К таким серьёзным переменам в жизни героев нужно подходить очень осторожно, а в этой книги сначала получаются забавные сцены с раздеванием Елены, внутренние проблемы Инги и т.д., а потом вдруг раз и совершенно другая история)))

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да, знаю, с Марком ситуация выглядит как ружье из-под кровати, непонятно кем заряженное и непонятно как там оказавшееся. Но это поправимо ))) Я вообще хочу первую часть сильно порезать, кое-что переписать заново, что-то недостающее добавить. Но это потом попозже, когда закончу совсем. Чтобы понятнее самой было, в каких местах надо ружья заряжать и под кроватями прятать, чтобы их в нужной момент достать можно было )))
      За Айн и Эли спасибо! )))
      А на счет остального – все действительно настолько ужасно?((((((

      Удалить
    2. Если честно меня немного смущает внезапно появившееся большое количество аллюзий на другой сюжет - связь со звездой, стремление к независимости у одной маленькой, но гордой планеты, шпионы этой планеты, проживающие повсюду, и т.д.))) Если бы всё это присутствовало в тексте с самого начала, другое дело, а тут вдруг так внезапно появилось, что не знаю, что и думать)) В целом, мне кажется замут про то что сейчас всем из-за звезды придёт конец, если не дать Альмакаре независимость, вообще лишний - фантдопущение такое большое, что сюжет просто не выдерживает его тяжести, чтобы это обосновать, нужно с первой книги добавлять огромное количество мистики, но я не уверен, что это хорошая идея...может, лучше ограничиться просто конкретно проблемой Альмакары, не развивая в тему коллапса всего и вся? Тем более, если Марк изначально оттуда. Наверное, кажется что без этого будет неинтересно, но это обманчивое впечатление, необязательно примешивать конец света, чтобы история была интересной. Честно говоря, кульминация первой части, где действие касалось внутреннего мира одной конкретной личности, была гораздо более сильной и трогательной. Кроме того, сейчас тема войны и то, что ведущий офицер(Карен) может в любой момент сбежать с флотом ради любовника, и т.д., ну совсем странно выглядит. Т.е. понятно, что она выросла в очень хорошей семье, ни в чём не нуждалась, но я не думаю что даже учитывая блат и все знакомства, флот бы доверили человеку, который может так поступить по первому капризу. Иначе Альянс бы просто не существовал))) Вообще эта сцена ломает впечатление от характера Карен, т.к. написана так, словно Марк признался в сущем пустяке, который она великодушно готова ему простить, а ведь жители его планеты, насколько мы помним, убивают её сослуживцев. Возможно, конечно, такое, что она так сильно влюблена, что ей на это плевать, но я не представляю, как человек с таким мировоззрением попал в армию и тем более как такому человеку доверили судьбы других людей. Я помню, схожая моральная дилемма была в прошлой части у Елены, когда она узнала, что Ветер убийца, и рассуждения были сходные, но гораздо более правдоподобные.
      В общем, не знаю, мне очень нравится история, но, в частности, мне она нравилась за оригинальность - что несмотря на космическую тему, она фокусируется на взаимоотношениях и конкретных судьбах персонажей. А тут внезапно вклинивается классический для космоопер сюжет, и герои для меня выглядят в нём как-то оторвано и сиротливо, что ещё более грустно, т.к. их образы мне дороги. Дело, конечно, твоё, и книга твоя, но мне кажется, лучше чтоб конфликт был более локальным, и даже в этом случае важно, чтобы предпосылки к его развитию были и в первой книге - например, когда Елена и Карен гостят у родителей, в восприятии Ветра, и т.д.

      Удалить
    3. Сейчас подумал - в общем-то, если бы в центре стояла просто судьба Альмакары и желание героев спасти её от жалкой судьбы, и это проблема решалась бы просто благодаря политическим связям ветра с одной стороны, возможностям Айн - с другой, и поддержке Карен(но всё равно не знаю как это можно совместить с её должностью) - с третьей, всё было бы верибельно и хорошо. С коллапсом всего получается всё-тки перебор необъяснимых спецэффектов.

      Удалить
    4. Поняла ход твоих мыслей, с глобальностью и правда необоснованный перебор. Буду думать.
      Спасибо большое! )))

      Удалить
    5. Марк к Амалькаре вообще не имеет никакого отношения. Он хасканец, а они и так независимы. Они левая нейтральная сила со своими собственными интересами, у них все прекрасно они только и делают что занимаются своими собственными исследованиями и время от времени вмешиваются, если с их точки зрения происходящее угрожает общей стабильности. При этом стараются сделать так, чтобы их уши не торчали отовсюду, куда они вмешиваются. Другое дело, что в тексте я, наверное, уделила слишком мало внимания этому моменту, раз произошла такая путаница с происхождением Марка.

      Удалить
    6. А, сорри, это значит я запутался просто)))

      Удалить
    7. Не страшно, со всяким бывает )))

      Удалить
  2. вот это поворот (с))))
    возможно у меня мания величия, но вижу влияние некоторых своих идей )))
    но сказать хочу вот что! мне кажется худшее, что можно сделать - это на половине повестования пересмотреть ключевые моменты происхождения героя и его места в жизни (я про марка) и в соответвествии с ними переделывать предыдущие главы и части.
    Мне казалось, что первая книга во многом очень оригинальна именно благодаря своему незатасканному жанру - множественная личность в условиях далекого будущего. А тут все выходит на весьма стандартную колею: космические армии и угроза конца света ))) Конец света - это вообще пошловато, и тем более странно, когда до того основной темой были межличностыне и внутриличностные отношения.
    Астрофизической составляющей я вообще не касаюсь )))

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Не было цели утащить идеи. Спасибо, что указала, буду менять.
      Я все время что-то меняю и переделываю, другое дело, что не выкладываю.
      Буду думать, спасибо ))

      Удалить
    2. ну да, идеи бывает проникают незаметно...
      но мне в целом кажется у тебя гораздо интереснее получаются отношения между героями, чем некие глобальные события в масштабе галактик и т.д.

      Удалить
    3. Попробую вернуться в это русло ))

      Удалить

 
Copyright 2012 Handmade for dolls.